ТАЙНА ТРЁХ СЛОВ

Тайны трех слов

ТАЙНА ТРЁХ СЛОВ

Читать это было странно, зная, сколько сил и упорства вложил Владимир Иванович в свои исследовательские поиски, каким терпением обладал для достижения своих целей. И вдруг – не нашёл, не узнал… Поразительно!

Подтверждение словам В.И. Даля нашлось в другом источнике, но оно только умножило интерес к этим «трём словам». В словаре русских суеверий, заклинаний, примет и поверий Е. Грушко и Ю.

Медведева написано, что обмиравшему человеку «наложен под страхом смерти и вековечного горения в геенне огненной запрет на некие три слова, а какие – он и сам не помнит»… Только произносить он их не в силах, не осознавая этого.

Думаю, многие замечали труднообъяснимую закономерность: стоит только заинтересоваться очень сильно каким-то вопросом – и ответы, подсказки тебе словно подбрасываются во множестве вариантов: знай выбирай, да только не ошибись. Вдруг от лукавого?

Поиски этих таинственных слов завершились во время поездки в Москву.

Соседка по купе во время обычного, бесцельного разговора «ни о чём», как это бывает со случайными попутчиками, вдруг говорит, что бабушка в детстве её учила, что человек должен избегать произношения трёх слов: «кошмар», «ужас», и «мрак».

Безразличие к вялотекущему и малоинтересному разговору сразу исчезло, я уточнила: каждому человеку, или только «обмиравшему» (то есть бывшему в состоянии клинической смерти)? На это ответа не получила, попутчица не запомнила, или об этом ничего не было сказано.

Но зато она запомнила причину того, почему их нельзя произносить и эта причина была настоящей находкой. «Потому что ЭТИ ТРИ СЛОВА УБИВАЮТ В ЧЕЛОВЕКЕ ЛЮБОВЬ», — твёрдо сказала женщина. Если бы она говорила про два, например, или четыре слова, можно было сомневаться, но ведь опять три слова!

Сначала так и хотелось сказать: «Кошмар!… Этого не может быть!» и тут же замечаю за собой какую-то навязчивую потребность постоянно повторять эти слова. Ведь речь наша стала буквально пересыпана ими, словно свалочным мусором.

Придя в себя после первого замешательства, постепенно начинаю думать, что в этом, с виду нелепом утверждении, «что-то есть». Даже именитые академики теперь утверждают, что слово материально. Словом можно и убить, и исцелить. Пример тому – животворное слово молитвы.

Значит, какие-то слова или сочетания слов действительно могут быть ключевым «кодом», приводящим в действие какие-то внутренние, не ведомые нам механизмы, отвечающие за изменения в нашем сознании или организме вообще.

Возможно, эти три слова несут информацию об уделе грешников и их вечном пристанище, где наместник – дьявол?

Бог есть любовь – говорится в текстах священных писаний. Речь в них, конечно, не о взаимоотношениях двух полов, а о любви, как основном законе, дающем энергию жизни и обусловливающем сосуществование на планете всего живого.

Любовь – сила движущая и созидательная. Лишь движимый любовью способен на самопожертвование, на бескорыстную помощь, способен понять, пожалеть, простить чьи-то ошибки и обиды, удержать себя от склок или мести.

Дьявол же «не может любить и не любит тех, кто любит» (Дени де Ружмон «Роль дьявола).

Вполне возможно, что человек, произносящий эти три слова, постепенно угнетает в себе великий Божий дар любить, без которого он превращается в жестокого, жадного, расчётливого монстра, наделённого за отсутствием любви одними желаниями.

Медикам известно, например, что родительская любовь обеспечивается наличием в организме в определённом балансе всего двух гормонов: окситоцина у женщин и вазопрестина у мужчин. Опытами доказано, что блокировка этих гормонов приводит к полной утрате ими этого самого сильного родительского инстинкта.

Мать, утратив способность любить, завтра пройдёт мимо своего дорогого чада совершенно равнодушно, и ни какие его беды уже не тронут её застывшее сердце.

А вдруг эти гормоны блокируются словами-кодами? Произнесли их раз, два, три – ничего не случилось, но всё идёт «туда», в «дьявольскую» копилку…

Каждый человек волен в этих выводах сомневаться, но, думаю, у кого-то уже замаячил в воображении «колоритный» образ Эллочки из «12 стульев». Складывается впечатление, что авторам было известно губительное действие слов, составляющих основу лексикона их персонажа.

А теперь снова – несколько слов о той суеверной примете, что записана В.И. Далем. Возможно, «кошмар», «ужас» и «мрак» — это та запредельная реальность, поминать которую человеку, временно побывавшему там, строго запрещено, как нельзя, например, к ночи поминать чертей, чтобы не призывать их…

Источник: https://welemudr.mirtesen.ru/blog/43519807838/Taynyi-treh-slov?nr=1

Тайна русского слова. Заметки нерусского человека — Василий (Фазиль) Ирзабеков

ТАЙНА ТРЁХ СЛОВ

Эта удивительная книга обращается к теме, о которой мало пишут в наши дни, — к таинственной, созидающей Божественной силе слова. Осознаем ли мы, что в каждом слове, которое мы произносим, — либо отблеск Вечности, Творения мира Божиим Словом, либо разрушительная энергия демонического воздействия?

Эта удивительная книга обращается к теме, о которой мало пишут в наши дни, — к таинственной, созидающей Божественной силе слова. Осознаем ли мы, что в каждом слове, которое мы произносим, — либо отблеск Вечности, Творения мира Божиим Словом, либо разрушительная энергия демонического воздействия?

Как очистить живую реальность великого русского языка от греховных искажений?

Книга необычна еще и тем, что ее автор — азербайджанец по национальности — фактически сложил гимн созидающей силе русского слова. Для него, как для учителя русского языка и литературы, как православного человека, русский язык стал более чем родным — он стал сутью и нервом его жизни. Книга читается на одном дыхании.

На ее страницах анализируются острые современные ситуации, происходящие с нашим языком, разворачиваются почти детективные истории — и потому она способна захватить любого: и подростка, которому русский язык знаком больше по жаргону, и человека, для которого родная речь — настоящий кладезь мудрости.

Она помогает нам осознать непознанную нами суть чуда — живого СЛОВА, которым жив наш народ.

Предисловие. Душа России

О чем эта книга, которую вы взяли в руки, быть может, из любопытства? О нашем языке? Нет — она о Боге. О Том, Который сотворил мир Своим Словом (Ин. 1:13), Который Сам есть Слово.

Наша будничная речь привычна для нас, как дыхание, но в то же время она либо исполнена Божественным отсветом, либо искалечена лукавой лексикой.

Апостол Иаков напрямую связывал нашу речь с духовной жизнью, со спасением: “Кто не согрешает в слове, тот человек совершенный, могущий обуздать и все тело” (Иак. 3:2).

Но язык — это и великая заповедь творчества: человек получил от Господа возможность творить посредством своего слова. Это и бесценное сокровище, которое мы часто бездумно расточаем.

Все ли мы помним про нашу ответственность перед Богом за слово? А она велика, о чем предупреждают нас евангельские строки: “За всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день Суда” (Мф. 12:36).

Поразительно, но наше слово — станет главным свидетелем о нас на Суде Божием: “От слов своих оправдаешься и от слов своих осудишься” (Мф. 12:37). Недаром и представители современной науки, например академик Ф. Я.

Шипунов, утверждают, что раз произнесенные или воплощенные в событиях слова “запечатлеваются в любой точке Вселенной навсегда”.

“Мы обязаны знать, — пишет профессор доктор филологических наук В. Ю.

Троицкий, — одухотворенный русский язык — душа России, ее святыня, предметное воплощение высших духовных ценностей, нерушимое духовное достояние, без которого человек (и народ!) теряет свое лицо, при поругании которого народ испытывает, ущерб своего достоинства и духовной самостоятельности, оттесняется, становится нравственно уязвимым и духовно бессильным. Мы, как зеницу ока, должны беречь родное слово. Слово дано для стремления к истине. Судьба наша — в словах, нами произносимых”.

Но что же может напомнить современному человеку о духовной сущности как слова, так и великого родного языка в целом? Иногда это может быть свежий взгляд того, кто родился в иной культуре и потому особенно остро переживает богоданность русского языка.

Я встретил такого человека — было это еще во время моей учебы в Московской Духовной Академии. Во время разговора о происхождении русских слов с иностранцем, православным епископом, знатоком русского языка, я услышал от владыки восторженные слова: “Вы, русские, очень счастливые люди. Слова вашего языка творили святые.

Слова эти все свидетельствуют о Боге, о вечности, призывают ко спасению, в Царствие Божие”.

А несколько лет назад на православной конференции в Саратове произошла другая (считаю — промыслительная) встреча. Я познакомился с азербайджанцем Василием Давыдовичем Ирзабековым, который оказался филологом, исследователем русского языка.

Его удивительные, яркие выступления целиком захватывали слушателей, высвечивая то, что мы обычно не замечаем: язык наш — это великое духовное достояние, святыня нашего народа. Тогда я горячо порекомендовал ему написать об этом книгу.

И вот я с радостью держу в руках рукопись.

Книга Василия Ирзабекова “Тайна русского слова” — это признание в любви к русскому языку. Она утверждает высокий строй души русской, связанной с Божественным Светом Истины.

Это не специальное лингвистическое исследование, а скорее, популярное, чрезвычайно живое, образное и острое размышление о связи языка и духовности, культуры русской речи и здоровья души. Она говорит о силе и скрытых возможностей слова.

Девизом ее я бы поставил слова: “Кто светел, тот и свят”.

На примере жизни и творчества самого автора можно видеть, как благодатное слово преображает национальные покровы сознания, делая их общечеловеческими, надкровными.

Исследуя в своей книге природу слова как такового, его внутренний, изначальный смысл, говоря о таинственных корнях человеческой культуры и цивилизации, Василий Ирзабеков приводит яркие примеры связи слова с явлениями и предметами культуры.

Он обращается к людям разного уровня мышления, воспитания и образования — и каждый может найти в этих размышлениях что-то свое, сокровенно затрагивающее душу.

Примеры и рассуждения автора о связи слова и души человеческой особенно актуальны в наши дни — дни поругания слова, разнузданности уличной, да и общественной речи.

Всем строем своей книги автор утверждает: там, где нарушается божественное достоинство человеческого слова, там происходит искажение божественного достоинства человека, его образа, его “иконы”, там происходит отход от Творца, от нравственности, от культуры человеческих отношений — и человек становится рабом, скотом, зверем, не помнящим своего родства.

Проповедуя единство души человеческой (“души одной”, по слову автора), Василий замыкает свой очерк на Святой Руси, на Православии как на конечной составляющей “всечеловечества”. Вновь стать русскими, обратиться к своим духовным истокам — таков призыв этой книги к нашим современникам, отчасти раскрывший “тайну русского слова” и его глобальный смысл в нашу эпоху тотального грехопадения.

Игумен Петр (Пиголь), кандидат богословия, первый проректор Российского православного института св. Иоанна Богослова, декан философско-богословского факультета, зав. информационно-издательским сектором Отдела религиозного образования и катехизации Русской Православной Церкви, главный редактор альманаха “К Свету”

1. Язык Бога или язык черни?

Удивительно, но язык каждого народа, пусть даже немногочисленного, обязательно содержит в себе информацию о Боге. Точнее, те представления о Творце, которые бытуют именно в этой конкретной общности людей.

Даже у полудикого племени индейцев, затерянного где-нибудь в дебрях Амазонки, в их весьма скудном, на наш просвещенный взгляд, лексиконе наверняка найдутся слова, относящиеся к их божествам.

Вот и получается, что если безбожного человека еще можно встретить, то безбожного языка просто быть не может.

Источник: https://azbyka.ru/fiction/tajna-russkogo-slova-zametki-nerusskogo-cheloveka/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.